Читаем без скачивания Сага о Бриттланде [СИ] - Наталья Викторовна Бутырская

— Значит, твоему хирду нужна достойная цель. И тут неподалеку есть такая. Боюсь только, маловат твой хирд будет, если там не все пятирунные. Ты, смотрю, человек опытный, бывал уже на Бритланде.

— Бывал.

— Про рунный дом слыхал?

— Слыхал.

— В землях бонда Барди Долгоуса завелась какая-то тварь, которая жрет его скот и убивает рабов. Я посылал туда отряд, но это отродье Бездны притихло и две седьмицы нос не казало, но стоило лишь моим хускарлам уйти, как оно снова принялось за свое. Коли поможешь Барди, и от меня плату получишь, и на твари заработаешь. Если, конечно, живой изловишь. Возьмешься за такое? Достойная ли это цель для твоего хирда?

— Я не раз слышал, что ярл Агнар обладает поистине острым умом и прозорливостью. И счастлив убедиться в этом лично. Благодарю, ярл. Сноульверы немедля отправятся в земли бонда Барди. Прошу лишь указать кратчайший путь.

— Вот, Атли подскажет. Ступайте!

Я еле дождался, пока мы выйдем, обернулся к Альрику и начал было говорить:

— Хёвдинг, неужто тут все…

— Ульвер! — резко оборвал меня Беззащитный. — Отыщи всех хирдманов и отправь их на Волчару. Бегом! Вепрь, закупи провизию на неделю.

Я махнул Тулле, и мы потрусили подальше от разозленного хёвдинга.

Через несколько минут я остановился и осмотрелся. Дома с огородиками и невысокими плетнями, жалкие безрунные, пробегающие мимо и отводящие глаза, переплетение улочек, тропинок, порой проходящих прямо через чужой двор, грязь. Кое-где в небо поднимались клубы дыма, хотя для ужина было, пожалуй, рановато. Клекот куриц, лай собак, визги детей или мучимых ими животных. Норды попадались намного реже, и даже у самых бедных на вид была на ногах какая-никакая обувь, у каждого на поясе висел хотя бы нож, а чаще топорик или даже меч. Перворунные подростки-норды ходили с задранными носами и пинали детей бриттов, если те не успевали спрятаться.

Позади раздался женский визг. Мы оглянулись. Трое нордов зажали в углу рабыню, один задрал ей юбку, распустил веревку на своих штанах и под веселые шуточки приятелей поимел ее прямо на месте. Потом они ушли, а девушка сползла в грязь и разрыдалась. Из соседнего дома выбежала бабенка, схватила девушку под руку и уволокла ее к себе.

Что ж, везде свои порядки. У нас в Сторбаше прилюдно рабынь не мяли. Дома — оно как-то сподручнее.

— Ну и как мы их будем искать? — спросил Тулле. — Не вламываться же в каждый дом.

И тут на дальнем перекрестке мелькнуло знакомое лицо. Жесткие торчащие волосы, будто иголки у ежа, красные в клетку штаны…

— Эй! Фарлей! — заорал я во все горло. Со всех сторон бешено залаяли собаки, стараясь перекричать меня.

Бритт услышал и вприпрыжку подбежал к нам.

— А, гости славного города Фискехале! Чем я могу услужить столь славным и добрым господам?

Мне нравился этот безрунный. Несмотря на свое явное бессилие перед любым нордом, он умудрялся держаться достойно. И вроде бы вежливые речи он проговаривал с легкой усмешкой, которая, впрочем, не показывалась на его лице. Он как будто язвил, но придраться было не к чему. Отличный парень! Хоть и бритт.

— Нам нужно найти всех хирдманов с нашего корабля. Знаешь, где их можно отыскать?

Фарлей поскреб грязный лоб, притопнул каким-то хитрым образом и улыбнулся:

— Некоторым я показал интересующие их места. Да и остальных найти несложно. Только! — он поднял палец. — Одну монету вперед! Я не сомневаюсь в честности северных господ, но с монеткой моя голова работает лучше. Через вашу монету я смогу почуять и остальные.

Я рассмеялся и кинул ему самую мелкую серебрушку. Он ловко поймал ее в воздухе ртом, аккуратно уложил за щеку и подмигнул.

— Ну вот! Ноги уже сами так и тянутся к вашим друзьям.

И побежал, да так забавно, что я не мог сдержать смех. Фарлей выгнул тело назад, откинув голову чуть ли не до уровня пояса, а ноги его бежали впереди, будто волоча остальное туловище против воли.

— Первая остановка. Сюда я привел троих господ. Только мне заходить нельзя. Боятся, что девки, увидев меня, влюбятся и бросят работу, — и провел тощими руками по торчащим ребрам.

Тулле зашел и почти сразу вышел с Косым, Рыбаком и Эгилем. Альрик, Арне, Аднтрудюр, Вепрь и Видарссон уже на корабле либо докупают припасы. Осталось найти троих: Бьярне, Облауда и Стейна.

Бьярне был ранен на острове, возможно, он решил сходить с Орсовой женщине, проверить здоровье. Так что Фарлей повел нас к лекаркам. У четвертой по счету мы нашли Бьярне и Стейна. Видать, Стейн захотел, чтобы над его проткнутой задницей тоже пошептали.

А вот куда мог пойти Облауд, я вообще не представлял. Пожрать можно было с нами, по бабам — с Косым. Фарлей приплясывал рядом и предлагал разные варианты:

— Обереги? У нас есть лавки с оберегами. Есть, например, оберег с чешуйкой змея Тоурга, которого зарубил Фомрир. Есть щепа от первого корабля, который построил Нарл. Есть кусочек рога Фольсового тура.

— Разве бритты верят в наших богов? — не удержался я.

— У вас свои боги, у нас свои боги, — ответил Рыжий.

— И наши явно посильнее ваших будут.

Фарлей не ответил на этот выпад.

— Может, украшения для жены или невесты? Оружие? Лошади? Одежда? Выпивка? Бои? Жрецы Мамира?

— Вот что. Ты проведи нас по всем тем местам, куда обычно идут приезжие. Которые легко отыскать даже тем, кто впервые в городе.

Мы обошли полгорода, потом нам надоело, и мы вернулись на пристань. И, конечно, Облауд был уже там. Нам еще и влетело от Альрика, мол, долго ходим.

Я расплатился с Фарлеем, даже докинул ему пару монет сверху. За старательность.

И мы покинули Фискехале.

Глава 2

Бритланд был настолько огромен, что к землям бонда Барди нам пришлось пробираться не морем, а рекой. Арне Кормчий уверенно вел нас по незнакомой реке Нин, которая, впрочем, не казалась опасной. Широкое прямое русло с редко встречающимися деревеньками, где люди при виде нашего корабля убегали в леса. Мы размеренно гребли, поднимаясь по течению, и всё дивились отсутствию каменистых обрывов и гор. Богатые пастбища, пышные луга, так и просящиеся под плуг, вековые деревья, из которых можно сложить хоть справный дом для целого рода, хоть крепкий корабль, пригодный для плавания по морю. Тулле и вовсе забыл человеческую речь и лишь вздыхал при виде обработанных полей.

Спустя два дня неспешного плавания мы свернули в один из многочисленных притоков и шли по нему до тех пор, пока весла не